Неточные совпадения
— Ну, поставь свое
ружье, которое купил
в городе.
И, уехав домой, ни минуты не медля, чтобы не замешивать никого и все концы
в воду, сам нарядился жандармом, оказался
в усах и бакенбардах — сам черт бы не узнал. Явился
в доме, где был Чичиков, и, схвативши первую бабу, какая попалась, сдал ее двум чиновным молодцам, докам тоже, а сам прямо явился,
в усах и с
ружьем, как следует, к часовым...
Ноздрев повел их
в свой кабинет,
в котором, впрочем, не было заметно следов того, что бывает
в кабинетах, то есть книг или бумаги; висели только сабли и два
ружья — одно
в триста, а другое
в восемьсот рублей.
Ему показалось, что при другом боку висело и
ружье, и черт знает что: целое войско
в одном только!
Мы ехали рядом, молча, распустив поводья, и были уж почти у самой крепости: только кустарник закрывал ее от нас. Вдруг выстрел… Мы взглянули друг на друга: нас поразило одинаковое подозрение… Опрометью поскакали мы на выстрел — смотрим: на валу солдаты собрались
в кучу и указывают
в поле, а там летит стремглав всадник и держит что-то белое на седле. Григорий Александрович взвизгнул не хуже любого чеченца;
ружье из чехла — и туда; я за ним.
В два прыжка он был уж на дворе; у ворот крепости часовой загородил ему путь
ружьем; он перескочил через
ружье и кинулся бежать по дороге…
Я взошел
в хату: две лавки и стол, да огромный сундук возле печи составляли всю ее мебель. На стене ни одного образа — дурной знак!
В разбитое стекло врывался морской ветер. Я вытащил из чемодана восковой огарок и, засветив его, стал раскладывать вещи, поставив
в угол шашку и
ружье, пистолеты положил на стол, разостлал бурку на лавке, казак свою на другой; через десять минут он захрапел, но я не мог заснуть: передо мной во мраке все вертелся мальчик с белыми глазами.
В сенях трещала догоревшая свеча
в деревянной тарелке, и казак мой, вопреки приказанию, спал крепким сном, держа
ружье обеими руками.
Далеко понеслось громкое хлопанье по всем окрестным полям и нивам, сливаясь
в беспрерывный гул; дымом затянуло все поле, а запорожцы всё палили, не переводя духу: задние только заряжали да передавали передним, наводя изумление на неприятеля, не могшего понять, как стреляли козаки, не заряжая
ружей.
Он думал: «Не тратить же на избу работу и деньги, когда и без того будет она снесена татарским набегом!» Все всполошилось: кто менял волов и плуг на коня и
ружье и отправлялся
в полки; кто прятался, угоняя скот и унося, что только можно было унесть.
На других были легкие шапочки, розовые и голубые с перегнутыми набекрень верхами; кафтаны с откидными рукавами, шитые и золотом и просто выложенные шнурками; у тех сабли и
ружья в дорогих оправах, за которые дорого приплачивались паны, — и много было всяких других убранств.
— Пищи мясной и вообще животной избегайте, мучнистой и студенистой тоже. Можете кушать легкий бульон, зелень; только берегитесь: теперь холера почти везде бродит, так надо осторожнее… Ходить можете часов восемь
в сутки. Заведите
ружье…
На другой день Андрея нашли преспокойно спящего
в своей постели, а под кроватью лежало чье-то
ружье и фунт пороху и дроби.
— Ну, теперь расходимся, — сказал Степан Аркадьич и, прихрамывая на левую ногу и держа
ружье наготове и посвистывая собаке, пошел
в одну сторону. Левин с Весловским пошли
в другую.
Ревность Левина еще дальше ушла. Уже он видел себя обманутым мужем,
в котором нуждаются жена и любовник только для того, чтобы доставлять им удобства жизни и удовольствия… Но, несмотря на то, он любезно и гостеприимно расспрашивал Васеньку об его охотах,
ружье, сапогах и согласился ехать завтра.
Левин провел своего гостя
в комнату для приезжих, куда и были внесены вещи Степана Аркадьича: мешок,
ружье в чехле, сумка для сигар, и, оставив его умываться и переодеваться, сам пока прошел
в контору сказать о пахоте и клевере. Агафья Михайловна, всегда очень озабоченная честью дома, встретила его
в передней вопросами насчет обеда.
— Идите, идите, вы найдете дорогу на мельницу! — крикнул Левин и, оглянувшись, с удовольствием увидел, что Весловский, нагнувшись и спотыкаясь усталыми ногами и держа
ружье в вытянутой руке, выбирался из болота к мужикам.
Первый вышел Васенька Весловский
в больших новых сапогах, доходивших до половины толстых ляжек,
в зеленой блузе, подпоясанной новым, пахнущим кожей патронташем, и
в своем колпачке с лентами, и с английским новеньким
ружьем без антапок и перевязи.
Но
в это самое мгновенье оба вдруг услыхали пронзительный свист, который как будто стегнул их по уху, и оба вдруг схватились за
ружья, и две молнии блеснули, и два удара раздались
в одно и то же мгновение. Высоко летевший вальдшнеп мгновенно сложил крылья и упал
в чащу, пригибая тонкие побеги.
Левин, ставивший между тем
ружье в шкап, уже выходил из двери, но, услыхав слова купца, остановился.
Не дупель, а бекас вырвался из-под собаки. Левин повел
ружьем, но
в то самое время как он целился, тот самый звук шлепанья по воде усилился, приблизился, и к нему присоединился голос Весловского, что-то странно громко кричавшего. Левин видел, что он берет
ружьем сзади бекаса, но всё-таки выстрелил.
— Нет, всё-таки весело. Вы видели? — говорил Васенька Весловский, неловко влезая на катки с
ружьем и чибисом
в руках. — Как я славно убил этого! Не правда ли? Ну, скоро ли мы приедем на настоящее?
Он слышал, как его лошади жевали сено, потом как хозяин со старшим малым собирался и уехал
в ночное; потом слышал, как солдат укладывался спать с другой стороны сарая с племянником, маленьким сыном хозяина; слышал, как мальчик тоненьким голоском сообщил дяде свое впечатление о собаках, которые казались мальчику страшными и огромными; потом как мальчик расспрашивал, кого будут ловить эти собаки, и как солдат хриплым и сонным голосом говорил ему, что завтра охотники пойдут
в болото и будут палить из
ружей, и как потом, чтоб отделаться от вопросов мальчика, он сказал: «Спи, Васька, спи, а то смотри», и скоро сам захрапел, и всё затихло; только слышно было ржание лошадей и каркание бекаса.
Наконец дверь с грохотом отворилась, вылетел, кружась и повертываясь на воздухе, Крак, половопегий пойнтер Степана Аркадьича, и вышел сам Степан Аркадьич с
ружьем в руках и с сигарой во рту.
Место тяги было недалеко над речкой
в мелком осиннике. Подъехав к лесу, Левин слез и провел Облонского на угол мшистой и топкой полянки, уже освободившейся от снега. Сам он вернулся на другой край к двойняшке-березе и, прислонив
ружье к развилине сухого нижнего сучка, снял кафтан, перепоясался и попробовал свободы движений рук.
— Так вы жену мою увидите. Я писал ей, но вы прежде увидите; пожалуйста, скажите, что меня видели и что all right. [всё
в порядке.] Она поймет. А впрочем, скажите ей, будьте добры, что я назначен членом комиссии соединенного… Ну, да она поймет! Знаете, les petites misères de la vie humaine, [маленькие неприятности человеческой жизни,] — как бы извиняясь, обратился он к княгине. — А Мягкая-то, не Лиза, а Бибиш, посылает-таки тысячу
ружей и двенадцать сестер. Я вам говорил?
Толстоногий стол, заваленный почерневшими от старинной пыли, словно прокопченными бумагами, занимал весь промежуток между двумя окнами; по стенам висели турецкие
ружья, нагайки, сабля, две ландкарты, какие-то анатомические рисунки, портрет Гуфеланда, [Гуфеланд Христофор (1762–1836) — немецкий врач, автор широко
в свое время популярной книги «Искусство продления человеческой жизни».] вензель из волос
в черной рамке и диплом под стеклом; кожаный, кое-где продавленный и разорванный, диван помещался между двумя громадными шкафами из карельской березы; на полках
в беспорядке теснились книги, коробочки, птичьи чучелы, банки, пузырьки;
в одном углу стояла сломанная электрическая машина.
Наш брат охотник может
в одно прекрасное утро выехать из своего более или менее родового поместья с намереньем вернуться на другой же день вечером и понемногу, понемногу, не переставая стрелять по бекасам, достигнуть наконец благословенных берегов Печоры; притом всякий охотник до
ружья и до собаки — страстный почитатель благороднейшего животного
в мире: лошади.
«А что, — спросил он меня
в другой раз, — у тебя своя вотчина есть?» — «Есть». — «Далеко отсюда?» — «Верст сто». — «Что же ты, батюшка, живешь
в своей вотчине?» — «Живу». — «А больше, чай,
ружьем пробавляешься?» — «Признаться, да». — «И хорошо, батюшка, делаешь; стреляй себе на здоровье тетеревов, да старосту меняй почаще».
Не успели мы ступить несколько шагов, как нам навстречу из-за густой ракиты выбежала довольно дрянная легавая собака, и вслед за ней появился человек среднего роста,
в синем, сильно потертом сюртуке, желтоватом жилете, панталонах цвета гри-де-лень или блё-д-амур [Розовато-серого (от фр. gris de lin)… голубовато-серого (от фр. bleu d’amour).], наскоро засунутых
в дырявые сапоги, с красным платком на шее и одноствольным
ружьем за плечами.
Уже несколько часов бродил я с
ружьем по полям и, вероятно, прежде вечера не вернулся бы
в постоялый двор на большой Курской дороге, где ожидала меня моя тройка, если б чрезвычайно мелкий и холодный дождь, который с самого утра, не хуже старой девки, неугомонно и безжалостно приставал ко мне, не заставил меня наконец искать где-нибудь поблизости хотя временного убежища.
Выйдет, бывало, на двор, сядет
в кресла и прикажет голубков поднять; а кругом, на крышах, люди стоят с
ружьями против ястребов.
Чертопханов снова обратился к Вензору и положил ему кусок хлеба на нос. Я посмотрел кругом.
В комнате, кроме раздвижного покоробленного стола на тринадцати ножках неровной длины да четырех продавленных соломенных стульев, не было никакой мебели; давным-давно выбеленные стены, с синими пятнами
в виде звезд, во многих местах облупились; между окнами висело разбитое и тусклое зеркальце
в огромной раме под красное дерево. По углам стояли чубуки да
ружья; с потолка спускались толстые и черные нити паутин.
Он подвергался самым разнообразным приключениям: ночевал
в болотах, на деревьях, на крышах, под мостами, сиживал не раз взаперти на чердаках,
в погребах и сараях, лишался
ружья, собаки, самых необходимых одеяний, бывал бит сильно и долго — и все-таки, через несколько времени, возвращался домой, одетый, с
ружьем и с собакой.
На лавке лежало одноствольное
ружье,
в углу валялась груда тряпок; два больших горшка стояли возле печки.
А для тебя, Порфирий, одна инструкция: как только ты, чего Боже оборони, завидишь
в окрестностях казака, так сию же секунду, ни слова не говоря, беги и неси мне
ружье, а я уж буду знать, как мне поступить!
Охота с
ружьем и собакой прекрасна сама по себе, für sich, как говаривали
в старину; но, положим, вы не родились охотником: вы все-таки любите природу и свободу; вы, следовательно, не можете не завидовать нашему брату… Слушайте.
Мы вошли
в дом. Молодой малый,
в длинном кафтане из синего толстого сукна, встретил нас на крыльце. Радилов тотчас приказал ему поднести водки Ермолаю; мой охотник почтительно поклонился спине великодушного дателя. Из передней, заклеенной разными пестрыми картинами, завешенной клетками, вошли мы
в небольшую комнатку — кабинет Радилова. Я снял свои охотничьи доспехи, поставил
ружье в угол; малый
в длиннополом сюртуке хлопотливо обчистил меня.
Я сел под деревом; он же, напротив того, с своей стороны, начал выкидывать
ружьем артикул-с, причем целился
в меня.
Был у меня щенок от нее, отличный щенок, и
в Москву везти хотел, да приятель выпросил вместе с
ружьем; говорит:
в Москве тебе, брат, будет не до того; там уж пойдет совсем, брат, другое.
За четверть часа до захождения солнца, весной, вы входите
в рощу с
ружьем, без собаки.
— Да что же тут мудреного? Тугилово от нас недалеко, всего три версты: подите гулять
в ту сторону или поезжайте верхом; вы верно встретите его. Он же всякий день, рано поутру, ходит с
ружьем на охоту.
Не дав себе времени зарядить
ружье, вышел он
в поле с верным своим Сбогаром и побежал к месту обещанного свидания.
Отец поглядел
в окно, увидал коляску, взял картуз и пошел на крыльцо встречать. Я побежал за ним. Отец поздоровался с дядей и сказал: «Выходи же». Но дядя сказал: «Нет, возьми лучше
ружье, да поедем со мной. Вон там, сейчас за рощей, русак лежит
в зеленях. Возьми
ружье, поедем убьем». Отец велел себе подать шубку и
ружье, а я побежал к себе, наверх, надел шапку и взял свое
ружье. Когда отец сел с дядей
в коляску, я приснастился с
ружьем сзади на запятки, так что никто не видал меня.
Наконец, если вы твердо помните, что потерпевший действительно замахнулся
ружьем, — вы могли вступить с ним
в борьбу из-за
ружья, и выстрел тоже объясняется как случайный.
— Ое, ое! — его крепко ругали, один солдат даже толкнул
в бок лошади прикладом
ружья.
Толпа выла, ревела, грозила солдатам кулаками, некоторые швыряли
в них комьями снега, солдаты, держа
ружья к ноге, стояли окаменело, плотнее, чем раньше, и все как будто выросли.
Город уже проснулся, трещит, с недостроенного дома снимают леса, возвращается с работы пожарная команда, измятые, мокрые гасители огня равнодушно смотрят на людей, которых учат ходить по земле плечо
в плечо друг с другом, из-за угла выехал верхом на пестром коне офицер, за ним, перерезав дорогу пожарным, громыхая железом, поползли небольшие пушки, явились солдаты
в железных шлемах и прошла небольшая толпа разнообразно одетых людей, впереди ее чернобородый великан нес икону, а рядом с ним подросток тащил на плече, как
ружье, палку с национальным флагом.
В стойках торчали
ружья различных систем, шпаги, сабли, самострелы, мечи, копья, кинжалы, стояли чучела лошадей, покрытых железом, а на хребтах лошадей возвышалась железная скорлупа рыцарей.
Ближе к Таврическому саду люди шли негустой, но почти сплошной толпою, на Литейном, где-то около моста, а может быть, за мостом, на Выборгской, немножко похлопали выстрелы из
ружей, догорал окружный суд, от него остались только стены, но
в их огромной коробке все еще жадно хрустел огонь, догрызая дерево, изредка
в огне что-то тяжело вздыхало, и тогда от него отрывались стайки мелких огоньков, они трепетно вылетали на воздух, точно бабочки или цветы, и быстро превращались
в темно-серый бумажный пепел.